Из серии -
Лабынкыр.
Неделя ожидания в Усть-Нере показалась бесконечной. И всё же ясность и сила намерения принесли свои плоды. Ситуация изменилась, причём кардинально. Мой багаж уехал отдельно чуть раньше с директором томторской школы. Меня же захватил с собой глава администрации посёлка Ючугей, который расположен по пути в Томтор, но, несколько не доезжая последнего. Ехали очень долго и глава посёлка уже намеревался забрать к себе ночевать и лишь следующим днём доставить в Томтор, но чуть не доезжая Ючугея по дороге встретили машину, в которой ехала глава администрации посёлка Сордонох. Там эту должность занимает женщина, что не редкость в Якутии. А это уже находится дальше Томтора. Вот так, передавая с рук на руки, и доставили до места. Очень ранним утром пришлось стучать в дверь дома главы Томтора.
Дальше события стали развиваться просто стремительно. Это если сравнивать с тем, что было до сего времени, конечно. Хотя морально уже готов был и в Томторе испить очередную чашу ожидания. В Томтор прибыл ранним утром, а уже вечером оказался в избушке коневодческой базы в 12 километрах от посёлка. Теперь предстоит очередной и завершающий этап заброски к озеру Лабынкыр. Осталась лишь сотня километров, но этот путь нужно проделать на лошадях. Именно таким образом туда и можно добраться. Ну, ещё на вездеходе или вертолётом, конечно. По некоторым причинам и, прежде всего, по финансовым, последние варианты исключались на тот момент. Зато это привносило некоторый романтический дух настоящего путешествия, как в былые времена. К тому же лошадей тоже оплачивала администрация.
Думаю, стоит сказать несколько слов о Томторе. Это типичный якутский посёлок с деревянными домами. Ну не совсем типичный, конечно. Здесь как раз и находится полюс холода. Тут даже стела стоит, на которой означена минимальная температура -71,2°С. Справедливости ради надо сказать, что такая температура никогда не регистрировалась в этом месте. Но возможность таковой некогда вычислил известный исследователь этих земель – Обручев. Тем не менее, зимняя температура здесь не редко опускается ниже -60°С, о уж -50°С считается абсолютно нормальной и держится продолжительное время. Эти территории действительно с самыми холодными зимами во всём северном полушарии, а на всей планете холоднее только Антарктида.
А летом тут не редкость жара в 30°С и даже выше бывает. Как раз этим летом таковое случалось даже с избытком. Так что годовая разница температур не менее 100°С получается. Вот такая здесь контрастная жизнь. И всё же Томтор, на фоне большинства полуразрушенных посёлков Колымы, выглядит совсем неплохо. Чувствуется даже некоторый запас прочности и уверенности. По численности населения это второй посёлок в Оймяконском улусе после Усть-Неры. Здесь проживает около двух тысяч человек.
Раньше колымская трасса Хандыга-Магадан проходила именно через Томтор. Теперь же нормальная дорога, идущая от Якутска через Хандыгу доходит лишь до Кюбюме, а дальше уходит на Усть-Неру и Магадан. Так что посёлки Ючугей, Томтор и Сордонох (Орто-Балаган) остались как бы в тупике. Этот старый участок дороги практически брошен и не ремонтируется. Через реку Кюбюме теперь совсем нет моста и летом можно очень надолго зависнуть, если вдруг вода в реке поднимется. Дальше через реки ещё остаются мосты в аварийном состоянии, и местным приходится пользоваться ими на свой страх и риск. Сордонох в этом тупике самый крайний посёлок получается, за ним трасса и особенно мосты совсем пришли в негодность. Так что на Магадан теперь таким путём никак не проехать.
Все эти посёлки сельскохозяйственные. Вот ючугейские, например, пасут оленей. В этом посёлке живёт много эвенов, оленеводство для которых традиционный образ жизни, к счастью, сохранившийся до сих пор. С оленеводами из этого посёлка мне приходилось однажды встречаться в долине реки Сунтар в 2005 году, когда делал экспедицию через хребет Сунтар-Хаята на реку Юдома. Тогда они ещё выручили резиновыми сапогами, подарили новые взамен моих порванных. В Томторе же очень развито коневодство. Отдельные частные хозяева держат до нескольких сотен лошадей. Так что тут есть вполне даже состоятельные господа.
Держать лошадей по-якутски понятие относительное. Якутские лошадки существа очень необычные. Можно даже сказать, что это не совсем домашнее животное, или совсем не домашнее. Пасутся табунками сами по себе и даже зимой добывают пропитание из-под снега, разгребая его копытом. К зиме обрастают такой густой шерстью, что начинают напоминать обитающего когда-то в этих краях мамонта. К седлу и каким-то работам по хозяйству эти животные, в основном, не приучены, а человеком используются в качестве мясного скота. У Сашки, моего проводника и коневода, в одном лице, не так много лошадей. Но на его попечение отдали своих животных некоторые другие мелкие хозяева. Так что коневодство вроде как его основная профессия.
Вот ведь, всё же действительно ситуация серьёзно поменялась. Теперь всё как-то удачно складывается. С Сашкой поселковая администрация договорилась ещё неделю назад, но я ведь всё не ехал. Теперь же, когда меня привезли к нему на хозяйство, никаких неприятных неожиданностей не случилось. Даже как-то непривычно. К счастью, как раз три специальных лошадки на тот момент оказались в загоне. Лошади действительно специальные, потому что хоть как-то приручены и приучены к седлу. Но даже этих пришлось долго гонять по обширному загону, прежде чем они позволили загнать их в узкий коридор, сооружённый из жердей, где их можно было привязать, а на следующий день и оседлать.
У всех якутов, в основном, русские имена и фамилии. Их давали тогда, когда русские пришли на эту территорию и стали крестить местное население. При этом имена и фамилии давали хорошие, настоящие русские. Вот у моего Сашки (именно так его все называют здесь), например, фамилия Дягилев. Как-то сразу хорошее впечатление на меня произвёл этот парень, лет сорока от роду. Простой и доброжелательный работяга. Но, по рассказам, не всегда такой он был. О былых бурных временах говорит шрам на боку, отметина от ножа, полученная в пьяной драке. Видно крепко тогда досталось, теперь и не пьёт совсем, добропорядочным семьянином стал. Всё делился радостью, что сына недавно родил. До того были две девочки близняшки.
Выходить на ночь глядя особого резона не было. Тем более что ночи уже стали ощутимо тёмными. Утром же рано выйти, тоже не получилось. Не так уж часто приходилось моему проводнику выступать в качестве транспортной компании, всего-то несколько раз. Так что пока запрягали, пока придумывали, как груз увязать, и полдня прошло. Вот только в середине дня и вышли в путь. Это было 31-е июля...
Минус 71,2 градуса ниже нуля.
Якутские лошадки.
Лошади пасутся но открытых, полустепных местах, которые называются аласами.
Сашкино хозяйство.
Сашка Дягилев.
Готовимся к походу.
Запрягаем.
В путь.
Предыдущая часть.
Продолжение следует.
volya_volnaya отправились на джазовый концерт в Клуб Бутмана, который спрятался недалеко от метро Сокол на улице Лизы Чайкиной. Здесь Анна Бутурлина представляла публике новую концертную программу «Джазовый акцент: песни советских кинофильмов».
